Рецензия на телесериал «Школа»(сериал): Учитывая повальный интерес всех СМИ к появлению на федеральном канале адаптированной для масс версией Гай Германикавских «Девочек» и «Все умрут, а я останусь» – сериала «Школа», наш журнал тоже не может обойти эту смачную ситуацию стороной. Итак, с чем же мы имеем дело, и в каком направлении пойдём? Сериал «Школа» – это социальный многосерийный продукт. Преднамеренно вычурный, жёсткий и справедливости ради стоит сказать, что из имеющихся сериалов – этот самый необычный. Для тёмной Руси это и впрямь свежо и заслуживает дискуссий, а на деле – уже давно отработанный материал. В Америке сериалы про жестоких школьников уже идут не первый десяток лет.
В Европе все шагнули дальше и нарабатывают на документальный материал серьёзную работу режиссёра. Это уже не просто, как жизнь, это сильнее и
откровеннее. Например, британский сериал The Skins помимо всех житейских проблем тинэйджеров умудряется уже четвёртый сезон удерживать внимание
многомиллионной аудитории за счёт работы над комедийной и мелодраматической частью сюжета. А саму документальную манеру съёмки уже
использует Голливуд, а Европа и вовсе десяток лет только ей и живёт. Справедливости ра ди нужно попытаться найти какие-то художественные ценности «Школы». Большинство профессионалов отмечают манеру Германики в работе с актёрами. Режиссёру отлично удаётся навязать актёрам тот стиль пов едения, который им нужно играть.
И весь фокус здесь, пожалуй, заключается в том, что актёры по сути дела не играют ничего, Германика просто опускает их культурный уровень до обывательского. Материться и вести себя так, как ведут актёры Гарманики совсем несложно, поработайте месяц в супермаркете, пообщайтесь с грузчиками.
Но дело даже не в каких-то особенностях стиля Германики, будь то документальная манера съёмки (Германику просто не научили выстраивать мизансцены и основам монтажа) или вот такая вот «обывательская» работа с актёрами. Дело в том, что Германика всё это уже показывала и в
«Девочках» и «Во все умрут, а я останусь». И ничего нового она нам в «Школе» не предлагает. Такое ощущение, что Валерия так ничему и не научилась и потому выдаёт все свои незнания за авторский стиль. Поэтому собственно и весь разговор о художественной ценности «Школы» бессмысленен. А вот эффект социальный очень интересен. В связи с малым интересом российского зрителя к российскому же кино, цензура ушла из кинематографа. В художественном кино уже не первый год матерятся, пьют, курят и размахивают фаллоимитаторами. А вот телевидение до сих пор остается самым мощным инструментом влияния на умы населения. И на телевидении цензура живее всех живых, особенно если канал получает денежную поддержку от государства. И всегда есть ряд тем на грани фола. Тема школы – одна из них. Нарочито сделанный бытовой сериал на такую тему, вне зависимости от своих художественных ценностей, будет иметь успех. Здесь подключатся с одной стороны коммунисты-думщики, всё старшее поколение со слоганом «А в наше время», а с другой стороны толпы школьников со словами «Всё, что показывает Германика – чистая правда» и поклонники «новодрамщиков». («Новая драма» – от англ. new writing. Драматургия, в основе которой лежат очень бытовые истории с обывательским языком и непривлекательными героями. Основоположниками движения в Европе были сами неблагополучные люди. В России это движение развивают интеллигентские сынки.) Собственно ключевым фактором стала трансляция
«Школы» по федеральному каналу в наступивший год учителя. Этот коммерчески грамотный шаг Эрнста и Толстунова можно смело заносить в актив российским продюсерам, сразу вслед за
«Домом – 2». Почему то думщикам не приходит в голову, что телевизор можно просто вы ключить, ну на крайний случай переключить канал.
Вот и выходит, что вся ситуация с сериалом «Школа» – это чистой воды провокация. Причём настолько нагло скроенная, что как-то стыдно на неё вестись.
